Tarja A. (rayne_minstrel) wrote,
Tarja A.
rayne_minstrel

Categories:

Любопытные подробности в догонку к предыдущему посту

1) Первый год замужества Волконских складывалось такое ощущение, будто он бежал от какой-то опасности - от нее и хотел уберечь молодую жену. Постоянные разъезды, и не только по служебной необходимости. Внезапный увоз глубоко беременной жены в имение ее родителей под Киевом.
Имение было in the middle of nowhere, ни врачей, ни толком даже повитух там не наблюдалось. А беременность, между прочим, проходила довольно тяжело.
Уже стало известно о смерти АП и начале междуцарствования. Муж знал, что за всем этим могло воспоследовать. Вполне возможно, он решил наконец выйти из общества, и столкнулся с недвусмысленными угрозами со стороны "единомышленников". Или знал о том, что выступление будет - и оно будет провальным. В любом случае, надо было срочно обезопасить жену и пока еще не родившегося ребенка.

2) Странное поведение родителей девушки при родах. Сами описания этих тяжелых родов напомнили мне сцены из "Унесенных ветром" с родами Мелани в осажденной Атланте. Когда Скарлетт практически собственноручно приняла роды у подруги, так как негритянка Присли, которая уверяла, что умеет это делать, только ныла и стонала. Тут же первая попавшаяся крестьянка, вместо помощи роженицы, встала на колени в красный угол и принялась молиться. В итоге, будущие дед и бабка сами взяли дело в свои руки. Отец настаивал, что роженица должна находиться в кресле, мать - что в кровати. В итоге, мнение отца возобладало (уж такой прямо спец в родах, можно подумать). Молодой женщине пришлось мучиться в неудобном шедевре стиля ампир, без свободы передвижения. Немудрено, что роды прошли тяжело. И еще окончились, судя по всему, сепсисом, из которого она еле выкарабкалась. Вот тоже странное поведение. Зачем нужно было настаивать? Почему родители не подготовились заранее? Ведь не накануне же родов Мари приехала в эту Болтышку. Можно было и найти повитуху или хотя бы врача пригласить. Возможно, у меня уже паранойя, но такое ощущение, будто от нее и от ребенка таким образом избавлялись. Может, и бессознательно. Либо действовал фактор стресса.

3) И все же меня не покидает подозрение касательно Раевского-старшего. rainhard_15 заметил верно: у почтенного генерала явно был свой интерес во всем этом деле. И желание усидеть сразу на двух стульях. Оба его сына, как уже было сказано, в заговоре находились по самые уши - но от наказания были отмазаны, несмотря на то, что многие и за меньшее шли на каторгу. Раевского очень любят представлять как сугубо положительного - всем - персонажа, но вопросов его поведение вызывало немало. Во-первых, о той самой бумаге, которую якобы подписал Серж в качестве гарантии, что он выйдет из общества сразу после свадьбы, стало известно пост-фактум. Равно как и то, что такие разговоры и обещания были. В итоге, после случившегося Раевский немедленно принял позицию "я ничего не знал", запустил эти разговоры про то, что Волконский его обманул, не исполнил обещание, а сам он не причем. И сыновья его, Александр и Николай, тоже совсем не причем, ни-ни. В этой связи, и торжественное "не пущание" дочери в Сибирь, которое сперва меня так возмутило (то есть, сначала выдали девицу замуж чуть ли не насильно, а потом - "такой зять нам не нужен"), было эдакой милой игрой на публику. Впрочем, имевшей смысл. Надо сказать, что Раевский - равно как и его дети - был человеком демонстративного склада личности, чего стоит его жест с выпихиванием на передовую, во время боя под Салтановкой, двух малолетних сыновей (правда, потом, пост-фактум и в частной беседе, генерал говорил, что никого он никуда не пихал, дети во время боя спокойно гуляли по лесу и собирали ягоды, а "весь анекдот придуман в Петербурге" - но ведь поначалу он не опровергал историю, а позволял греться в лучах славы, достойных прямо-таки античного героя).

4) И все не дает мне покоя вот это отцовское: "Я тебя прокляну, если ты не вернешься через год!" Почему "через год"? Почему проклянет не прямо сейчас, а именно через этот срок? Более того, перед отъездом Мари на обеде у золовки беседовала с мужем Софьи, князем Петром Волконским, о возможности возвращения после отъезда. Она однозначно желала вернуться за сыном. Возможно, под этим предлогом - наличие медиков, богатый дом, родные и доброжелательно настроенные люди и тд (хоть и климат мерзкий, это да) - Мари ответила согласием, когда ей предложили оставить ребенка. Мол, пока устроишься, потом вернешься. То есть, скорее всего, тот же князь Волконский, вместе со своей супругой, напирали на милосердие государя - вот ведь, не казнил же, как думали изначально, а заменил каторгой, а через год, считай, и вовсе наказание отменит, можно будет вернуться. Мари также была принята вдовствующей императрицей и прочими высокопоставленными особами, и, возможно, их обращение с нею дало ей право надеяться на милосердие - которое, возможно, будет проявлено не ко всем узникам, а исключительно к ее мужу. Далее, Волконские пообещали высылать денежную помощь (правда, потом долго жмотились с этим делом). То есть, отец Марии также знал про этот "через год", и сделал заключение, что таков будет объективный срок каторги. Если после окончания срока дочь откажется возвращаться к кровной семье и к своему сыну - то так тому и быть. Кстати, почему Волконского освободить не получилось, при всех хлопотах родни, - это тоже большой вопрос к той самой родне... Как она хлопотала и почему ничего не выхлопотала.

Tags: быт и нравы, мой Orzhov, секретнейший союз
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 1 comment