March 6th, 2021

lady night

My comment to an entry 'Филиппики: Наташа Ростова' by othaia

Ростовы таковы — инфантильные, глупые и причудливые.
Не любят Веру "потому что не любят" — и автор на их стороне: и сама-то она "фальшивая" якобы, и говорит "невпопад", и избранник ее, фон Берг, непременно "мерзавец" и "трус", хотя по сути ничего такого они не делают. Да, ценят деньги, ценят свой и чужой труд — так нынче это добродетели. К слову, никогда не понимала тупую ненависть автора и критиков к другому персонажу-"антигерою" русской классики, обязательной для чтения школьниками, — Штольцу из "Обломова".
С Николаем запомнила, как он стремался говорить отцу, что проиграл "адские тыщи" просто потому что мог. Виноват в его проигрыше, конечно, тот, с кем он сел играть — Долохов, "искуситель" и "соблазнитель", который, вот бяка, проигрыш не простил, а ждал, что ему оплатят (при этом, как помним, Долохов был вынужден содержать вдовую мать и сестру-инвалида, оставшихся без средств). И что не отказался играть с партнером неопытным. А Николаша у нас хороший и святой, и даже батя на него даже не злится, не проклинает и не гонит на все четыре стороны, а только сопливо суетится, плачет и повторяет "какжытак-какжытак". Да, герою стыдно, но поведение окружающих быстро показывает, что стыдиться нечего — он тут якобы жертва.
Впрочем, семья Болконских тоже хороша. Героический сын, который боится папашу не меньше своей зашуганной сестры, так, что вторично жениться без его согласия не может (потому постыдно уезжает якобы "на лечение" на Европу). Абсолютно токсичный папаша, царь и бог в своем имении, уморивший собственную жену и отыгрывающийся на дочери, а потом на невестке, и еще, как видим, подкатывающий шары к компаньонке мадемуазель Бурьен.
Наташа, по сути, — то, что зовется "мэрисью", и автор этого не отрицал (писал, что сжился с героиней до полного слияния). Все ее действия — это благо. И сидения на карнизе, и танцы до упаду у дядюшки (смысл длинной сцены с охотой я вообще не поняла, она для действия и сюжета ни туда, ни сюда, — да, конечно, в копилку историков быта, может быть, и влезет, тем и ценна, но для истории, которую нам пытаются рассказать вообще не нужна), и ее страдания на балу в качестве "незаметной дебютантки" (нет, чтобы просто смотреть по сторонам, не каждый день в Зимнем дворце бывает, нет, опять эгоцентризм — "почему меня никто не приглашает"), ее влюбленность в первого попавшегося кавалера, которого к ней подвел знакомый семьи, ее превращение в "идеал Толстого" (три К типичные), — для автора повод полюбоваться над тем, кого он тут создал и предлагает в главные героини и идеалы. Хотя видим не живость — а эгоцентризм. Между прочим, интересно соотношение "Наташа vs Элен". Недаром эти двое потом сходятся. И недаром Наташа так "течет" (простите) от Анатоля Курагина. Просто сама Элен — эта эдакая теневая сторона Наташи. Совершает примерно то же самое, то есть, живет и делает что хочет, вызывая, кстати, восхищение в светских кругах (и у собственного отца), но при этом ее поступки пропитаны "цинизмом", а наташины — "детской непосредственностью". В принципе, если бы все сложилось иначе, то у Наташи была возможность вырасти не в свиноматку-"добрую жену хорошего человека", а в такую вот Элен, которые часто получаются из наивных девочек-любимиц семьи. Это если бы Анатоль таки ее увез. Или даже если бы Андрей на ней женился и решил жить не под боком у своего папы, а в СПб.
Я как-то у себя писала, что все положительные и хорошо прописанные персонажи Толстого — это те, кому суждено было сгинуть в топке истории. Оставшись лишь в родословных списках и иногда на "портретах неизвестных", кое-как исполненных крепостными художниками. Не особо великие участники войн, офицеры в отставке, "господние рабы и бригадиры"; матери семейств, краем глаза увидевшие большой свет в юности, но сгинувшие посреди солений и варений. Те, о ком не вспоминают и потомки. А истинно историческая личность из всего вымышленного автором "мира" — это столь нелюбимая автором Элен. Ну вот так, по моему мнению, и обстоит дело.

View the entire thread this comment is a part of